Каждый человек имеет право на свободу передвижения

ГЛАВНАЯ - АРХИВ - РЕКЛАМА - События - Эмиграция - Работа - Учеба - Визы - Туризм - Аэробус - Деньги - Недвижимость - Шопинг - Технологии - Здоровье - Фотокадр
- Гид гурмана - Автотур - Странники - Зона закона - Безопасность - Интеграция - Страноведение - Культура - Просто жизнь - Иностранности - Спортивный интерес - Личный опыт

Географический указатель

Содержание номера и географический указатель: «Заграница» №17 (723) Швейцария

ИНТЕГРАЦИЯ


ИНТЕГРАЦИЯ ТРЕБУЕТ КОМПРОМИССОВ

Тема иммиграции в последние годы остается в центре политических дискуссий в Швейцарии. Эксперт по вопросам миграции Омар Бенхамида рассказал в интервью порталу Swissinfo.ch о том, как СМИ распространяют негативный образ мигранта, который, как правило, не соответствует действительности и не учитывает всю сложность этой проблемы, ее общественную подоплеку и исторические корни.

11/5/2017

Эксперт в области миграции Омар Бенхамида вырос в швейцарском детском доме под эгидой организации Kinderdorf Pestalozzi и работает сейчас в Цюрихе

– Как, по вашему мнению, относятся к мигрантам компетентные органы Швейцарии и других европейских стран?

– И Швейцария, и европейские страны в целом хорошо обращаются с мигрантами, особенно из стран исламского мира. Европа дала им всё, в чем им отказали богатые государства ближневосточного региона. Насколько я знаю, к примеру, Саудовская Аравия не приняла у себя ни одного беженца из Йемена, Сирии или Ирака.

Учитывая расположение, площадь и численность населения Швейцарии, можно абсолютно точно заявить, что Конфедерация выполнила и даже перевыполнила свою гуманитарную миссию. Нельзя забывать, что более 20% населения этой страны составляют иностранцы. Швейцарцы уже с 2011 года, как только в арабском мире начались политические волнения, сделали для них очень много как в политическом, так и в чисто человеческом плане.

– Некоторые швейцарские политики предложили пару месяцев назад больше не принимать беженцев. Как следует понимать такой призыв в контексте того, что вы сказали?

– Давайте «отмотаем» немного назад. В течение последних десятилетий изменилось очень многое. Во-первых, все иммигранты, прибывавшие в Швейцарию в 1950-х и 1960-х годах, были европейцами. Более того, все они были христианами, то есть у них уже было что-то общее со швейцарцами. Но даже уже в тот период, видя, как в их стране увеличивается постепенно число немцев, итальянцев, португальцев, швейцарцы начинали беспокоиться, у них возникало ощущение, что привычный образ жизни начинает рушится на глазах.

Потом, в начале 1980-х и в 1990-е годы, когда в страну стали приезжать арабские, турецкие и албанские иммигранты, в Швейцарии возникла исламская община. И вот тогда швейцарцы действительно столкнулись с совершенно новыми традициями, обычаями и культурными аспектами. Это, в конечном счете, и привело к изменению их отношения к иностранцам в целом в худшую сторону. Конечно, свою роль тут сыграли непростая международная обстановка, увеличение числа вооруженных конфликтов, актов насилия и терроризма. Поэтому швейцарцы видят огромную разницу между «немецкими или итальянскими трудовыми кадрами» и «ищущими убежища лицами из Туниса или Ирака».

– Очень многие ведь думают, что все иностранцы «паразитируют» на швейцарском обществе и отнимают у местных работу?

– Ничего подобного! Такого рода негативные образы начали распространяться средствами массовой информации особенно настойчиво после террористических атак 11 сентября 2001-го года. Но такая позиция – это просто сюрреализм какой-то, ведь многие отрасли экономики Конфедерации просто встанут, если иностранцы вдруг покинут Швейцарию. Кто строил города в 1960-х, кто занимается их уборкой сейчас? Кто строил дороги, рыл туннели и возводил мосты? Конечно, иностранцы!

Эта страна не сможет сохранить свое благосостояние ни сейчас, ни в будущем без помощи компьютерщиков из Индии, банковских служащих из Германии и Америки, и т.д. Кроме того, швейцарская система здравоохранения элементарно перестанет работать, если врачи, медсестры и обслуживающий персонал с Ближнего Востока вдруг возьмут и разом уедут. Швейцарское общество иногда об этом забывает. А тут еще и СМИ подливают масла в огонь, подчеркивая только проблемы и отрицательные стороны жизни иммигрантов в стране, вместо того, чтобы указывать еще и на все те факты, о которых я только что говорил.

– Нередко можно услышать, что, мол, иностранцы не прилагают достаточно усилий для своей успешной интеграции в швейцарское общество. Однако, как мне кажется, вопросы, связанные с интеграцией итальянских иммигрантов, обсуждались в свое время в несколько ином тоне, особенно по сравнению с тем, как дебатируется сейчас проблема социальной интеграции лиц арабского, албанского или турецкого происхождения?

– На самом деле никаких существенных различий тут не было. Я хорошо помню, как итальянцы в 1960-х-1970-х годах жили фактически в гетто, будучи вынужденными работать от рассвета до заката. После работы они возвращались в свои семьи или общались со своими друзьями, тоже итальянцами. У меня есть, например, итальянские друзья, которые уже более полувека прожили в Цюрихе, но так до сих пор и не говорят по-немецки.

Я считаю, что интеграция начинается с изучения языка. Язык – это первое, что тебе нужно для того, чтобы понять «правила игры» в новой социальной среде. Сама по себе интеграция была очень сложным процессом, ведь раньше Швейцария особо не поддерживала мигрантов и о них не заботилась. Теперь все изменилось. Сегодня в каждом кантоне и каждом городе есть интеграционные бюро или службы, обеспечивающие иностранцев необходимой помощью для как можно более быстрой интеграции.

Кроме того, эти службы предоставляют различные возможности для изучения иностранцами языков страны. Здесь попутно следует отметить, что, как правило, для итальянских, французских и португальских иммигрантов действовал принцип: «Я поеду в Швейцарию, поработаю там лет пять, а потом вернусь на родину и на заработанные и сэкономленные деньги построю себе дом». Так же обстояли дела и с североафриканскими иммигрантами, которые переезжали во Францию после Второй мировой войны.

Иностранцы, действующие так, не имеют стимула к изучению языков страны проживания, а потом они и не понимают особенностей функционирования того же швейцарского общества. С другой стороны, за десятилетия, начиная с 1950-х годов, в Швейцарии сформировалось и укрепилось отношение к мигрантам как к людям временным! Считалось, что все они однажды снимутся с насиженных мест и уедут обратно на родину. Но на личном опыте каждый понимает после первых нескольких лет проживания в Европе, – когда у них уже появляются дети, которые начинают ходить в школу, – что надежда эта иллюзорна, что никто никуда уже не поедет.

Итальянские иммигранты так и остались в Швейцарии, а кто-то если и уехал на родину, то только выйдя на пенсию. Большинство же итальянцев так и не покинуло Швейцарию, потому что их родина сильно изменилась и внешне, и внутренне. Получается, что с одной стороны они не смогли интегрироваться в швейцарское общество, а с другой у них уже практически нет никаких связей с Италией.

– Почему интеграция все время становится темой для разного рода дискуссий? Кто тут «виноват» – новые иммигранты или современное понимание интеграции?

– На мой взгляд, и то, и другое. Когда в конце 1990-х – начале 2000-х годов в Швейцарию стали массово прибывать беженцы из Боснии и Албании, большинство швейцарцев не имело ни малейшего представления ни о том, кто все эти люди, ни о том, что происхождением они все по большей части из исламских стран. Швейцарцы приняли их, потому что они были, во-первых, европейцами, и во-вторых – жертвами войны. В первые годы с ними не было вообще никаких проблем, но потом среди них стали появляться люди, склонные к криминалу. Связано это было, наверное, с увеличением общего числа таких мигрантов, а также с трагическими событиями, имевшими место у них на родине. Таким образом, слово «албанец» стало синонимом чего-то заведомо негативного, в общественном сознании с ними стали ассоциировать воровство и насилие.

Это же касается беженцев и мигрантов из арабского мира. Еще до их появления в Швейцарии уже сформировался некий негативный образ – во многом из-за освещения темы миграции в СМИ. Об арабах сообщают в контексте терроризма, сексуальных домогательств, убийств, дискриминации в отношении женщин и т.д. С другой стороны, некоторые швейцарцы имеют неправильное представление об интеграции: ведь, по мнению многих, иностранец только тогда считается интегрированным, когда он перенимает швейцарскую идентичность на 100%. То есть если бы мигранты могли перекрасить себе волосы в светлый тон или поменять цвет глаз на зеленый, может быть, они бы без колебаний и сделали бы это. Но разве же в этом заключается интеграция?

– Так что же тогда есть настоящая интеграция?

– Такая интеграция означает слияние двух миров в целях формирования общего образа жизни. Мигрант должен объединить два своих мира – первый, который полностью он никогда не покинет, даже если будет очень стараться, со вторым, его новым миром, в который он должен интегрироваться, традиции которого он должен уважать, законам которого следовать и языки которого изучать. Успешным такой процесс будет тогда, когда возникнет позитивный диалог между культурами прежней родины и новой страны проживания. На самом деле, Швейцария ведь не запрещает иностранцам сохранять их обычаи и традиции. Она даже позволяет каждому практиковать его религиозные традиции.

В 1960-е годы, например, в Швейцарии было всего три мечети, но в наши дни их уже сотни. Швейцарское законодательство разрешает создавать не только гражданско-правовые, но и религиозные объединения и ассоциации. В 1970-е годы здесь нельзя было найти каких-либо специальных ресторанов, предлагающих арабскую еду или халяльные продукты, но сегодня такие есть почти в каждом городе.

– В настоящее время постоянно обсуждаются проблемы, возникающие из-за столкновения местных обычаев с мусульманскими традициями – платки, паранджа, уроки плавания для девочек, рукопожатия в школе и так далее. Многие мусульмане считают, что религия важнее светских предписаний. Как вы думаете, может быть здесь и находится источник всех проблем?

– Да, это так! Речь идет, точнее, о поиске ответа на вопрос, какое место религия должна занимать в повседневной жизни общества? В Швейцарии этот вопрос был впервые «ребром» поставлен 150 лет назад. Для сравнения: если вы захотите наверстать упущенное в разговоре, который начался за пять минут до вашего прибытия на встречу, то вам будет сначала очень, наверное, трудно понять, о чем до этого шла речь. Так и в нашем случае – прошло полтора столетия, мы потеряли очень много времени!

Мы, мусульмане, никак не можем понять действующий здесь принцип отделения религии, которая является твоим личным делом, от юридических законов и общепринятых норм поведения в общественных местах. Европейцы решили эту проблему только после продолжительных войн. Пришлось пожертвовать миллионами жизней людей, и только потом до всех дошло, наконец, что религия должна оставаться дома и в храме, а повседневная жизнь регулируется общепринятыми светскими законами.

Именно в этом недопонимании и кроется основная причина большинства проблем, которые возникают сегодня между мусульманскими иммигрантами и швейцарским обществом. Возьмем как пример проблему уроков плавания для девочек. Мусульманские семьи, которые выступают против контакта полов, хотят освободить своих девочек от этого предмета. То есть они противоречат швейцарскому законодательству, в рамках которого плавание имеет статус обязательного предмета.

Многие мусульмане требуют убрать распятие из школьных классов, хотя они и не составляют большинства в этом обществе. И это приводит к другой проблеме, которая заключается в том, что мусульмане впервые осознают себя как меньшинство. А это как раз то, что они не могут или не хотят признать. Я спрашиваю себя: что было бы, если бы христианский ученик где-нибудь в Саудовской Аравии выдвинул бы такие же требования, какие выдвигают мусульмане на Западе. Реакция была бы совершенно иной, чем в Швейцарии.

– Существует ли какая-нибудь магическая формула эффективной интеграции мусульман в Швейцарии?

– Это очень непростой вопрос. Тот, кто хочет жить в Швейцарии, может сохранить внутри половину своей культуры и менталитета, но вторую половину своей идентичности он должен будет перенастроить под культуру и менталитет своей новой родины. Если же иммигрант будет не в состоянии пойти на компромисс, то ему не удастся интегрироваться. Тому, кто захочет жить в Швейцарии так же, как он это делал у себя на родине, лучше вернуться обратно домой. Возможно, это будет наилучшим выходом и для него самого, и для его детей.

Абдельхафид АБДЕЛЕЛИ.

ГЛАВНАЯ - АРХИВ - РЕКЛАМА - События - Эмиграция - Работа - Учеба - Визы - Туризм - Аэробус - Деньги - Недвижимость - Шопинг - Технологии - Здоровье - Фотокадр
- Гид гурмана - Автотур - Странники - Зона закона - Безопасность - Интеграция - Страноведение - Культура - Просто жизнь - Иностранности - Спортивный интерес - Личный опыт

«Заграница» - газета об эмиграции, работе, учебе и отдыхе за рубежом

Rambler's Top100

© «Заграница» (1999-2017)